Плацебо-операции делают! Ну, знаете, когда с больного слупили денег за все анализы по подготовке, сд

Плацебо-операции делают! Ну, знаете, когда с больного слупили денег за все анализы по подготовке, сделали ЭКГ, заставили постоять в очереди с утра голодным в приёмном покое, наорали за забытый анализ по антителам оспы, провели пугающую консультацию вынужденно трезвого сонного анестезиолога, покатали на каталке, дали наркоз и сделали разрезы.

И потом их почти сразу зашили.

Это, если что, офигенный способ проконтролировать как работают обычные протоколы операций, примерно как плацебо-таблетки. Проблема в том, что там есть риски с тем же наркозом и инфекциями от разрезов. Но каждый раз это оказывается ужасно познавательно.

Поехали!

2002-й год — тогда только в США делали 650 тысяч артроскопических операций на коленном суставе при остеоартрите. Каждая стоит около 5 тысяч долларов. В колено через разрезы пихают камеру и инструменты. Хирург либо просто промывает сустав, либо удаляет ошметки хряща и мениска, шлифует неровности.

Взяли 180 пациентов с остеоартритом колена и болями, которые не снимались таблетками. — 59 человек прошли полноценную операцию. — 61 только промывку (им ничего не отрезали и не шлифовали). — 60 человек просто художественно порезали — делали три операционных раны на коже, как при обычной артроскопии.

Делали под местной анестезией, чтобы не рисковать наркозом, но давали подышать веществами для вертолётов. И хирург устраивал театр: просил инструменты, двигал коленом, как при настоящей операции, плескал воду на пол, промывание сустава. Матерился ли анестезилог, неизвестно.

Результат — плацебо так же эффективно, как операция. Или лучше по некоторым показателям. После расчёта статзначимости — разницы между подходами нет. Под конец замеров пациентов спрашивали, какую операцию, по их мнению, им сделали. Группа плацебо угадывала не чаще других.

Тут удаляли часть потрёпанного возрастом мениска. Таких операций только в США 700 тысяч в год. 146 пациентов, у всех на МРТ разрыв внутреннего мениска. В театральной части ещё прикладывали вибратор к колену, чтобы пациент прям проникся, как ему пилят кость. Удивительно, но этический комитет одобрил даже это. Терапевты, которые потом год вели пациентов, не знали, у кого была операция, у кого — нет.

Результат — разницы с плацебо нет!

В 1950-х годах врачи перевязывали внутреннюю грудную артерию, чтобы направить больше крови к сердцу при стенокардии. Это было первое строгое исследование с плацебо-группой в хирургии. Пациенты с плацебо-операцией чувствовали себя как с настоящей, прям лучше. Всего 17 человек, выборки кривые, но по тем временам это было нормально.

А вот современная работа по кардиологии и Ланцет. Проверяли эффективность стентирования (установки расширителя в сосуд) при стабильной стенокардии. Пациентам в плацебо-группе проводили процедуру ангиографии, но стент не ставили. Разницы нет, но мерили через 6 недель. Это вызвало огромный скандал и дискуссии в кардиологическом сообществе. Полыхает там до сих пор.

Тут переломы позвоночника из-за остеопороза — там часто вводят костный цемент. В этом исследовании плацебо-группе просто имитировали иглу и запах цемента в операционной. 131 человек.

Снова разницы нет, но есть нюансы: — После тем, кто ещё чувствовал боль, сделали настоящую вертебропластику. — В плацебо-группе 51% пациентов захотел настоящую операцию, а в обычной группе 13%. Возможно, у них были шкалы, которые не улавливали разницу, либо театр где-то провалился. — В плацебо-группе доигрались до серьёзных осложнений — была тахикардия и озноб.

И ещё болезнь Паркинсона, 40 человек, частично работает, но есть нюансы.

Напоследок мета — 53 испытания плацебо-хирургии. В 51% этих исследований настоящая операция оказалась не эффективнее плацебо. Подчёркивают, что без таких испытаний мы продолжаем делать тысячи бесполезных операций ежегодно. Но тут в обзор попали только опубликованные статьи. Возможно, скучное, где плацебо не срабатывало, не публиковали.

Про эту историю напомнил @DGNLTD.

— Вступайте в ряды Фурье! | Плацебо-посты — Девушка, позвольте, я вам помогу! — Спасибо, но сумка не тяжёлая. — А я не про сумку. Я пластический хирург.